Путь гангстера. Кто не рискует, тот не побеждает - Андрей Таркинский

Рэй встал за выступ в стене и не смел высовываться. Страх сковал его тело, не позволяя совершать ни единого движения. К тому же его пять патронов вряд ли смогли бы хоть как-то помочь делу. А вот Теренс не боялся тратить свой боезапас, пальнув три раза в ответ. Бен тем временем укрылся за барной стойкой и тоже достал пистолет.

Спустя секунд двадцать, когда в баре если и были живые посетители, то они предпочли притвориться мёртвыми, итальянцы прекратили стрельбу. Рэй всё ещё стоял за выступом, когда Теренс махнул рукой, привлекая его внимание. Рэй, наконец, вышел из оцепенения и посмотрел на напарника. Тот жестами объяснил, что попытается вывести Бена из бара. Рэй кивнул и взвёл курок на Кольте.

Резко сорвавшись с места, Теренс в два прыжка пересёк весь бар и оказался возле барной стойки. Рэй отважился слегка выглянуть из-за своего укрытия, наставив ствол в окно. Почти все итальянцы уже залезли в свои машины, но трое всё-таки заметили в баре какое-то движение. Рэй быстро прицелился и спустил курок. Громкий звук выстрела ударил по барабанным перепонкам, револьвер привычно дёрнулся в руке, но пуля полетела точно по адресу, продырявив одному из итальянцев правую часть живота. Не дожидаясь ответного огня, Рэй пальнул ещё, на сей раз не так прицельно, и сразу же в третий раз. Последние две пули пролетели мимо, но Рэю нужно было лишь прикрыть, что он, собственно и делал.

– О’Коналл, – услышал Рэй крик Теренса, когда уже снова укрылся за выступом в стене. – Давай бегом сюда, прикрою!

Поняв, что такие вещи два раза не предлагают, Рэй решил подчиниться и со всей возможной скоростью бросился к двери около барной стойки. Теренс потратил весь магазин, выигрывая время для Рэя, а когда достал из кармана запасной и вогнал в пистолет, со стороны входа вновь полетел град свинца, увеличивая количество дыр в обоях и образуя рикошеты во все стороны. К тому времени Рэй уже выбежал из чёрного хода на улицу, где ждал своих людей Дауман.

– Вот ведь сучьи дети, – выругался Бен, осматривая двор. – Сначала порт отобрали, а теперь ещё и бар мой разгромили. Ублюдки.

– Их там человек восемь, наверное, – сообщил Теренс, выбегая вслед за Рэем. – Валить надо, не потянем.

– Ясное дело, что не потянем, – проворчал Дауман. – Надо найти тачку.

– Вон стоит, – сказал Рэй, указывая на «бьюик», припаркованный в конце переулка у тротуара.

Никто больше ничего не говорил. Ирландцы быстро преодолели расстояние, отделяющее их от машины. Теренс разбил стекло ударом рукоятки пистолета и открыл дверь. Ещё некоторое время ушло на остальные двери и на заведение машины без ключа. Спустя несколько минут, они уже катили по дороге подальше от разгромленного бара.

– Ненавижу макаронников, – с лютой злобой произнёс Бен, убирая пистолет. – Клянусь, я отобью у них этот порт, во что бы то ни стало – по фигу, сколько засранцев мне придётся грохнуть.

– Расслабься, – посоветовал ему Теренс. – Сейчас мы не в лучшем состоянии. Да и итальянцы на нас зуб уже огромный наточили.

– Да пусть хоть всю пасть выточат, им это с рук не сойдёт.

Дауман достал сигарету и закурил. Во время этого диалога Рэй смотрел на дорогу в лобовое стекло и старался переварить всё, что произошло с ним сегодня. Он участвовал в деле по доставке алкоголя, его дважды чуть не убили, и, наконец, он получил полторы тысячи баксов. Столько событий с ним, наверное, за целый месяц не происходило. Никогда он ещё не испытывал столько адреналина. Кроме того, он убил двух человек. В общих чертах, за сегодняшний день он прибавил к своему возможному тюремному сроку ещё лет двадцать.

– Бен, я думаю, ты должен кое-что сказать нашему другу, – сказал Теренс, глядя на босса через зеркало заднего вида.

– Ах, да, точно, – спохватился Дауман. – Добро пожаловать.

Почему-то бандиты, преимущественно лидеры, никогда не называют свою шайку «бандой», за исключением ирландцев. Но сейчас это Рэя мало беспокоило. Его голову теперь занимала радостная мысль, которая перекрыла все проблемы, пришедшие сегодня. Отныне он считался членом банды, и Рэй был уверен, что теперь дела его точно пойдут в гору.

Против принципов

Бар «Лайк ин Итали»; Мэдиссон-Авеню

13 сентября, 10:44

Обычно в субботнее утро народу в барах почти не бывает. Большинство отсыпается после рабочей недели или же после славной пятничной пьянки. Однако же в баре «Лайк ин Итали» посетителей было больше, чем обычно. Сейчас, конечно, его трудно было назвать «баром», потому что из-за сухого закона все спиртные напитки исчезли из меню этого заведения. Но те, кто посещал его не один год до введения сухого закона, по старой памяти называли его «баром». Персонал «Лайк ин Итали» не очень любил такие дни; все хотели получать деньги, но при этом работать по минимуму. Но ни у кого не оставалось иного варианта, кроме как натянуть на лица правдоподобные улыбки и начать обслуживать клиентов. Официантки с деланной радостью принимали заказы, а бармен разливал напитки. Безалкогольные, разумеется.

Несмотря на название заведения, которое предполагало некую связь с Италией, посетителями бара были в большинстве своём прямыми противниками итальянцев – ирландцами. Некоторых завсегдатаев это очень озадачивало, они много раз пытались узнать, почему же ирландские эмигранты стали ежедневно посещать итальянский бар, однако ни бармен, ни официантки никогда не давали чёткого ответа на этот вопрос. Кое-кто делал смелое предположение, что ирландцы отбили этот бар у итальянцев, в то время это было далеко не редкость, кто-то не соглашался с этим, потому что итальянцы никогда просто так не отдавали то, что принадлежит им, пусть даже ради этого им пришлось бы убить десяток человек. Но, так или иначе, факт оставался фактом, итальянцев здесь больше не наблюдалось, по крайней мере, среди посетителей.

Разумеется, работники бара знали истинный ответ на волнующий всех вопрос, но распространяться об этом не хотелось никому. Больше всего вопросов доставалось бармену, потому что некоторые посетители знали о криминальных страничках его прошлого. Люди были уверены, что у него остались связи с преступным миром, хотя сам бармен тщательно это скрывал. Было всего несколько человек, с которыми он мог об этом говорить свободно, и один из них только что переступил порог бара.

Это был высокий, черноволосый, худощавый парень в тёмных штанах и зелёной рубашке со слегка закатанными рукавами. Он не стал садиться за столик, а сразу взял курс к барной стойке. Его надменная ухмылка и несколько удивлённые глаза заставили некоторых ирландцев бросить недружелюбный взгляд в его сторону, однако его это вовсе не волновало. Он давно привык, что ирландцы нормально общаются только друг с другом.

– Привет, Лекс, – сказал парень с сильным французским акцентом и сел на стул.

– И ты не хворай, Джон, – ответил бармен. – Работал, я смотрю, – бармен взглядом указал на рукава.

– Да так, с тачкой повозился немного, – Джон осмотрелся и вновь заметил на себе взгляды посетителей.

По правде говоря, француза это уже начинало напрягать. Он не очень хорошо относился к ирландцам, но ссориться с ними на ровном месте ему никак не хотелось. Не хватало ещё потом от них скрываться полгода. Так или иначе, Джон не собирался наживать себе новых врагов до тех пор, пока не разберётся со старыми.

– Ну, рассказывай, давай, с месяц уже ведь не виделись, – Лекс налил себе и собеседнику по стакану пива.

Такой поступок немало удивил француза.

– Ого, да ты опасный парень, – усмехнулся Джон. – Давно ли этот бар стал «спикизи»2?

– С тех пор, как он перестал принадлежать итальянцам.

– По ходу, пока я прохлаждался, вы тут не скучали, – француз поднял стакан, они с барменом чокнулись и выпили часть напитка.

– Долгая история, – отмахнулся Лекс. – Расскажи лучше, где ты пропадал?

– Говорю же, прохлаждался, – ответил Джон, отхлебнув ещё пива. – А если серьёзно, то просто на дно залёг.

– Зачем?

– Имел глупость поучаствовать в одном не самом удачном предприятии Голландца Шульца.

Говоря об этом, лицо Джона приняло какой-то отрешённый вид. Бармен усомнился в его словах. Француз никогда не принимал участия в сомнительных делах. Кроме того, Шульц – человек небезызвестный. Трудно поверить в то, что его предприятие может оказаться неудачным. Однако Лекс решил, что это не его дело. Если Джон что-то скрывает, значит, на то есть причины. Но в одном сомневаться не приходилось: гангстер по имени Голландец Шульц надолго засел в списке его врагов.

– Ни фига себе, ты работал с Голландцем? – удивился Лекс. – Видимо он высокого мнения о тебе, если позволил работать с собой. Пусть даже и в неудачном деле.

– Да пошёл нахрен этот Шульц, – зло сказал Джон и полез в карман за сигаретой. – Богатый сукин сын, а платит гроши. Я думал, что я просто мелкая сошка в его глазах, так нет ведь, этот ублюдок всем своим людям почти ничего не платит. Нет уж, с меня хватит. Я больше получал, когда проституток развозил.